Неточные совпадения
Она мечтала, как «прикажет ему прочесть книги», которые
оставил Штольц, потом читать каждый день
газеты и рассказывать ей новости, писать в деревню письма, дописывать план устройства имения, приготовиться ехать за границу, — словом, он не задремлет у нее; она укажет ему цель, заставит полюбить опять все, что он разлюбил, и Штольц не узнает его, воротясь.
Он говорил еще долго и кончил советом Самгину: отобрать и свезти в склад вещи, которые он
оставляет за собой, оценить все, что намерен продать, напечатать в
газетах объявление о продаже или устроить аукцион.
После шести недель Николай, всегдашняя
газета новостей нашего дома, рассказывает мне, что бабушка
оставила все имение Любочке, поручив до ее замужества опеку не папа, а князю Ивану Иванычу.
— Гм. — Он подмигнул и сделал рукой какой-то жест, вероятно долженствовавший обозначать что-то очень торжествующее и победоносное; затем весьма солидно и спокойно вынул из кармана
газету, очевидно только что купленную, развернул и стал читать в последней странице, по-видимому
оставив меня в совершенном покое. Минут пять он не глядел на меня.
Новая
газета долго
оставляла его веселиться по своему, как вдруг, в один прекрасный день, на ее страницах была напечатана обширная заметка об одном из его подвигов.
Он рассказал, что еще в Петербурге «увлекся спервоначалу, просто по дружбе, как верный студент, хотя и не будучи студентом», и, не зная ничего, «ни в чем не повинный», разбрасывал разные бумажки на лестницах,
оставлял десятками у дверей, у звонков, засовывал вместо
газет, в театр проносил, в шляпы совал, в карманы пропускал.
Тому и другому пришлось
оставить сотрудничество после следующего случая: П.И. Кичеев встретил в театре репортера «Русского курьера», которому он не раз давал сведения для
газеты, и рассказал ему, что сегодня лопнул самый большой колокол в Страстном монастыре, но это стараются скрыть, и второе, что вчера на Бронной у модистки родились близнецы, сросшиеся между собою спинами, мальчик и девочка, и оба живы-здоровы, и врачи определили, что они будут жить.
— В городе Бостоне, — говорит он, — Федор Сергеич Ковригин умер и
оставил после себя полтора миллиона долларов. Теперь по
газетам разыскивают наследников.
И
газета из рук — на пол. А я стою и оглядываю кругом всю, всю комнату, я поспешно забираю с собой — я лихорадочно запихиваю в невидимый чемодан все, что жалко
оставить здесь. Стол. Книги. Кресло. На кресле тогда сидела I — а я внизу, на полу… Кровать…
Он не
оставил бы свои занятия и вечером, если бы его часу в восьмом не посетил жилец соседней комнаты, Феоктист Меридианов, маленький желтоволосый человечек, поставляющий своеобразные беллетристические безделки для маленькой
газеты со скандальной репутацией.
— Много удалось сделать, — заявил он. — Я был у следователя, и он обещал, что Биче будет выделена из дела как материал для
газет, а также в смысле ее личного присутствия на суде. Она пришлет свое показание письменно. Но я был еще кое-где и всюду
оставлял деньги. Можно было подумать, что у меня карманы прорезаны. Биче, вы будете хоть еще раз покупать корабли?
Газет профессор Персиков не читал, в театр не ходил, а жена профессора сбежала от него с тенором оперы Зиминым в 1913 году,
оставив ему записку такого содержания...
Агатон махает рукой и направляется к стойке, за которою производится раздача пенсий. Защемив в руку пачку красненьких кредиток, он проходит назад мимо «старушки» и так дружелюбно кивает головой на ее почтительный поклон, что
оставляет ее в совершенном недоумении, действительно ли с ней говорил один из тех помпадуров, о которых в
газетах пишут: и приидут во град, и имут младенцев, и разбиют их о камни?!
2) На днях в Хвалынской губернии, как свидетельствует
газета"Гражданин", одна дочь
оставила одного отца, дабы беспрепятственнее предаться наукам.
От Бегушева Долгов уехал, уже рассчитывая на служебное поприще, а не на литературное. Граф Хвостиков, подметивший в нем это настроение, нарочно поехал вместе с ним и всю дорогу старался убедить Долгова плюнуть на подлую службу и не
оставлять мысли о
газете, занять денег для которой у них оставалось тысячи еще шансов, так как в Москве много богатых людей, к которым можно будет обратиться по этому делу.
Потом, незадолго до последней попытки Гарибальди отнять у папы Рим, Артур Бенни
оставил в Швейцарии жену и отправился в Италию корреспондентом одной английской
газеты.
В десять часов директор обыкновенно читал
газеты. И на этот раз он не изменил своей привычке.
Оставив писание, он встал, потянулся, разлегся на кушетке и принялся за
газеты. Взяв в руки «Новое время», он презрительно усмехнулся, пробежал глазами по передовой и, не дочитав до конца, бросил.